Сборы Фишт 2008

Александр Ткачук "Саныч" (Киев)

25 апреля.
Поезд Киев-Астана в стареньком вагоне домчал меня до Харькова, где я был районе полуночи. Перекантовался до пол-пятого в зале повышенного комфорта, затем направился к поезду Москва-Адлер, но мой 23-ий вагон очень логично прицепили перед первым за пять минут до отправления. Зато вагон был приятнее казахстанского.
В полночь следующего дня я сошел в Белореченске. Полутемный вокзал, довольно безлюдно. Думал переночевать в зале ожидания, но мощнейшие динамики, регулярно предупреждающие о терактах заставили меня отказаться от этой мысли. Взяв такси, я поехал в центральную гостиницу, где за 200 рублей я остановился в довольно опрятном номере. альпинизм обучение

27 апреля.
Пасха. С церковью проблем не оказалось – я боялся, что Белереченск мусульманский. Однако в сотне метров от отеля новая строящееся церковь. Дальше опять на такси до вокзала, электричка до Хаджоха отправлялась в 7-17. В поезде познакомился с дедушкой, который выйдя на пенсию на велосипеде колесит по республике Адыгея, рекомендовал мне заглянуть на Тхач – красивую гору на западе от массива Фишт. В Майкопе подсели парни, напрявляющиеся в Гуамку – тоже красивое место. Вообще, то внутреннее напряжение, которое всегда я испытываю, попав на Кавказ, потихоньку начало меня отпускать. В Хаджохе мне нужно было взять такси – я опять приготовился к борьбе, ведь нужно будет сбросить цену вдвое, при этом жестко торгуясь. Но ничего подобного – 700 рублей с машины за 45 километров до поселка Гузерипль по серпантину не так уж и дорого. Это вам не приколы в Пятигорске – 100 убитых енотов, куда бы ты не ехал.

Итак, я в Гузерипле, месте своего назначения. Рюкзак я оставил в музее заповедника, посещение которого я решил оставить напоследок. Нужно было профильтровать ситуацию с жильем. Оказалось, что моя группа лишь завтра начнет съезжаться, одному в палатке мне ночевать не улыбалось, посему я решил остановиться в гостинице Эдем, с приятными владельцами, уютными номерами и вкуснейшей кухней. Очень порадовал музей Кавказского заповедника. Правда, я попал на обеденный перерыв, но немного приспустился параллельно реке Белой, пересекающей Гузерипль, я нашел симпатичную полянку, где на солнышке я прикорнул – устал очень второй день колесить по миру.
Да, музей оказался очень классным. Во-первых все сделано на высочайшем уровне, видно что научная работа действительно проделана огромная, и все это сохранить во времена перемен - настоящий подвиг. А во-вторых на веранде музея была выставка фоторабот одного из сотрудников музея. Я получил культурный шок – уж насколько я привык к хорошим фотографиям, и знакомых одаренных много и Интернет к услугам. Но здесь было что-то иное, что-то магическое. И вроде уже избитые сюжеты, и природа хоть и красивая, но нечто подобное встречалось. А впечатление просто неизгладимое. Я даже затрудняюсь сравнить… Наверно, монолог Гамлета в исполнении Высоцкого – ты уже это слышал, но это нечто новое, нечто ломающее все предыдущие впечатления. Ты стоишь, открыв рот, и видишь, что все, что было раньше, это была какая-то карикатура, любительские работы, а теперь – настоящее.
Я не купил работу, надеясь на возвращение в Гузерипль после сборов. Я думаю, я даже уверен, что в Гузерипль можно сьездить просто, чтоб посмотреть эти фотографии.

После таких переживаний мне срочно понадобилось восстановить силы – и как всегда рестораничик в отеле к моим услугам. Затем я вздумал перед ужином пройтись по дороге, ведущей на Фишт. К слову, дороги там просто отличные. Настроение было прекрасное, теплый вечер, цветущая природа. Очень интересно – как будто весенние месяцы слились в один – я видел только распустившиеся желтые и уже белые одуванчики, летел тополиный пух и цвела сирень. В Киеве природа только пробудилась, а здесь вовсю буяла.
Итак, я пошел по дороге, а она манила за следующий поворот, за взлет, а вот еще дойду до того километрового столба(«Та далеко те, чим марим, те, що прагнемо так щиро, та чого не знаєм зовсім…»). В общем, вместо трех километров, я отмахал семь, и только дождь меня остановил. Наверно так и грибники теряются в лесу. После такой прогулки следует подкрепиться, и жареная форель со стаканчиком хорошего красного вина – это то, что надо.

28 апреля.
Я решил заняться регистрацией – отсидка в обезьянниках обычно плохо влияет на мое психическое здоровье. Сначала хозяин Эдема (прикольно звучит) подкинул меня до Хаджоха, там в отделении меня направили в Тульский, в паспорный стол, который оказался закрыт. С горя пообедав, я продолжил свой путь в Майкоп, в ОВИР. Там наконец я встретил не очень дружелюбных людей – а то я уже начинал бояться, что я попал в Рай. Сначала маршрутчик меня обматюкал, что я дверью хлопнул и высадил, а затем девушка в ОВИРЕ очень холодно и бессердечно мне сообщила, что ей все равно, что мне в горы и регистрацию она ставит на визы. Ну у меня от сердца отлегло. Что ж, теперь назад, в Гузерипль. До Хаджоха от центрального рынка ходят регулярные автобусы, а вот дальше, в Гузерипль на попутках – автобус лишь раз в день, из Хаджоха в 17-20.
Наконец приехала группа, перезнакомились. Итак, Вашему вниманию
Саша – самый главный, он же шеф, он же руководитель
Серега – инструктор новичков, он же духовный отец Чайханы
Люда – врач, она же хирург, голос группы
Тема – разрядник, он же моряк, он же геленджикский скалолаз
Ульяна – новичок, она же кандидат, она же двужильная, специалист по поджарке грибов
Андрюха – продвинутый разрядник, но без рантованых ботинок, мастер яичницы
Леша – новичок, человек в плаще, он же фотограф
Слава – новичок, он же объект фотографа, тоже кандидат
Миша – черный новичок, солист, адвокат

Стали лагерем на берегу речки Белой, развели костер, оттрапезничали. Ближе к вечеру заглянули в ресторанчик Эдем, где существенно снизили запасы винного погребка и посмотрели Серёгин фильм про Архыз.

29 апреля.
С утречка я направился на второй заход в Тульское, где выстояв очередь и оплатив 80 рублей стал на регистрацию. Однако, как выяснилось в конце поездки, регистрация украинцам таки не нужна – русские и вправду хотели ввести для нас, но вроде как МИД наш пригрозил Карами Небесными, а заодно и у себя ввести регистрацию для россиян. Так дело и замяли. Но сделано это было тихонько, чтоб и дальше страх можно было нагонять.
Народ поломился на экскурсии на водопады Руфабго, где они пополоскались всласть, а затем и в музей Заповедника зашли.
На ужин была перловка с тунцом и хорошие песни.

30 апреля.
Подьем в 4-30, в 6 мы уже грузились в военный ГАЗ, овсянку я ел на ходу, в кузове, из пластикового судочка и без сгущенки. Не понравилось. Водитель – настоящий джигит, поэтому резко окончившийся асфальт на скорость почти не повлиял. Приют Партизанский проскочили не заметив. Возле большого камня нас высадили – снег начался практически сразу. Привал – возле речки, поскольку воды дальше нет.
Далее по набитой тропе вверх на перевал Гузерипль, корректируя свой курс по вешкам. За перевалом нас накрыл туман – пришлось побегать с Мишей на рекогнисцировку, однако раздуплились только тогда, когда туман рассеялся. С перевала Армянский очень логичный спуск по устью ручья, две переправы – одна по снежному мосту, другая по деревянному, и мы в приюте Фишт.
С отоплением напряг, но если светит солнышко, то ничего. Удобства под снегом, поэтому приходиться бегать до камня, а это далеко. Но, а в остальном – просто супер.
По предложению Сереги организовали Чайхану – объединили провизию Серега, Люда, Леша, Слава и Ваш покорный слуга. Есть стало больше, есть стало веселее. Философские диспуты были обязательным дополнением к трапезе.

1 мая.
Утро началось с построения, потом нас разогнали по занятиям – новичков на снег, нас на скалы. Погоды стояли предсказанные и хорошие, лазилось приятно – возле приюта есть камень с тремя шлямбурами, неплохими маршрутами и восточной експозицией. Отработали технику, пошли обедать – наша Чайхана порадовала питательным и плотным обедом и приятной беседой. После обеда была лекция по медицине – читала Люда, вечером еще полазили, даже Мишу с собой утащили.

2 мая.
Подьем в 4 часа, блин, опять не успел поесть овсянку. И вообще, народ ее не любит. Вон, когда Слава встал излишне резко и скамейка на которой сидел Леша, навернулась, увлекая с собою овсянку, Леша с плохо скрываемым удовольствием сообщил, что он ее и так не хотел.
Да, так вот, о деле. Построение, и объедененное отделение новичков и разрядников выдвинулось на позиции. Сначала мы шли по лавинному выносу по направлению к г. Пшехо-Су, затем начали аккуратно забирать влево по скальным островам. Вышли на снежное поле, находящееся между горами Фишт и Пшехо-Су. Далее по нему на плечо Фишта и затем нему до вершины. Классическая, красивая 1Б.
На вершине плотный перекус – выездное заседание Чайханы (кстати, очень пошла рыба копченая, рекомендую), и вниз. Серега при спуске устроил показательный дюльфер со сдергиванием. Затем наше отделение поломилось вниз устраивать посвящение. Я был ответственный за гастрономическую часть – но мое пойло потом и просто так пили с удовольствием, а сверх-острый соус долго еще служил нам приправой.

3 мая.
День отдыха. У нас опять скальные занятия – лазили по камину. Затем по плану было кидание Вани(или Васи – плохая у меня на имена память). Ваню мы нашли, точнее это был уже не Ваня, а антропоморфный дендромутант, в простонародье именуемый Буратино. Однако покидать его не пришлось – начался дождь. Мы спрятались в приюте, а новички пытались дюльфернуть со своих скальных занятий. Пришлось приготовить им борщ.
Затем опять лекции. И опять дождь.

4 мая.
Опять ранний подъем, но первым делом я съел овсянку – потому как надоело. Теперь наш путь – на тройку. Страшно.
Подход – на запад от приюта, сначала к снежному цирку, затем направо к рыжим скалам с черными подтеками. Следует отметить, что фотография из Интеренета была неузнаваема – снега намного больше. Мы приблизительно сориентировались и начали подъем. Довольно простые скалы, не выше ІІІ. Подьем вверх и влево. После пятой веревки – сильноразрушеные скалы с проблематичной страховкой. Забираем влево, потому, как над нами сильно-нависающие скалы. Десятая веревка вывела нас к большому снежнику, который вел, похоже, на плечо Фишта, но поскольку дело было к семи вечера, мы решили дюльфернуть. Пять дюльферов, с последнего веревку не сдернули – застряла, оставили на утро. Опустился туман, начали блукать, пришлось просить новичков из приюта нам подсветить, что они сделали очень вовремя. В два ночи были дома.

5 мая.
Миша предложил сходить на 2-А, однако вышли мы довольно поздно. Подход уже знакомый нам – на запад, к месту старта на 3А. Пройдя под нависающие скалы, Андрюха радостно зажюмарил по нашим веревкам, поколдовал наверху, и после его спуска мы с легкостью их сдернули – учите Грейпвайн! Дальше наш путь лежал на перевал Фиштинский. Там связавшись, мы начали подъем на Фишт по хребту. Пошел снег. Первая веревка по снегу, затем в обход слева большого камня. Третья веревка – вверх, под небольшое нависание, затем влево, уходим с хребта и траверсом по снежничку к кулуару. Поскольку насыпало много свежака, снег держал плохо. Станция на трех френдах справа от основания кулуара. И тут началось… Снегопад усилился, поднялся ветер и по кулуару потек снег. Я такого еще не видел, очень красиво. Однако меня со станцией начало засыпать. Я спрятался за уступ. Подошел Миша – дальше он пойдет первым. Сначала немного по кулуару, затем небольшой траверс вправо. Вот теперь я скрыться не мог – каждый шаг Миши сопровождался отсылкой сугроба в мою сторону, я откапывал себя и станцию, и Миша продолжал движение. Я начал потихоньку мокнуть и замммммерзать. Я Мишу не видел, однако регулярно приходящие сугробы говорили, что все в порядке. И тут я понял – ради всего этого, ради этой красоты, этого стрема, этих людей, и страховки на засыпанной снегом станции я-то сюда и приехал.

Сейчас киевский теплый майский вечер, в открытое окно влетают запахи просто сводящие с ума – цветет все вокруг, соловей поет прикольно, но блин, как же тянет туда, обратно.

Да, но все-таки было неплохо, что Серега скомандовал вниз. Миша пробормотал что-то про наличие сил, времени и желания хотябы выйти к плечу, однако мы послушались. Быстрый дюльфер, и мы опять на седловине. Дождавшись остальных мы с удовольствием ринулись вниз. Выпавший снег создал недетскую лавинную опасность, стараясь не подрезать склон мы дошли до большой мульды, практически на уровне леса, где оттрапезничали – война войной, а Чайхана работает по расписанию. В приюте мы были часов в 7 вечера.

6 мая.
И опять ранний подъем. Быстрые сборы, вышли в половину десятого. Начало подъема – аналогичное подходам к маршрутам, забирая аккуратно влево выходим на тропу, которая плавно подняла нас на перевал Белореченский, обходя массив Фишта слева. Иногда на южных склонах сама тропа выглядывает из-под снега. После первого привала у меня закончились батарейки, и уже дальнейший путь я плелся в конце группы. Перевал Белореченский почти бесснежный, даже цветы выглядывали. Перевального тура мы не увидели – побежали дальше, забирая влево и траверсом продолжая обход массива. Вышли на перевал Черкесский к часу дня, слева виднелись домики приюта. Дальше тропа с перевала входила в лиственный лес и плавно теряла высоту. Однако через два перехода, не найдя и намека на удобное место, пообедали прямо на тропе – не очень удобно, но очень вовремя. Правда, через переход внезапно началась весна. В какой-то момент рядом с тропой увидели огромное хвойное дерево, и сразу после него начались очень большие проталины, характер леса изменился и появились запахи. Как будто границу переступили. Чем дальше – тем ярче становились краски, на деревьях появилась листва. И такое чувство – что то дерево было четкой границей. Вскоре появились даже цветущие деревья. Правда, немножко портил эффект некстати начавшийся дождь – но кто на него обращал внимание!
Тропа привела нас к границе заповедника – сразу за ней началась грунтовая дорога. Проскочив кордон лесника и переправившись через реку мы достигли Бабук-аула – несмотря, на то что «аул», это довольно большая уютная поляна. Однако наконец мы развели костер и нам удалось высушиться.

7 мая.
И все-таки приятнее просыпаться среди цветов, чем на нарах посреди заснеженной пустыни. Хоть и срывался дождь регулярно, мы довольно быстро собрались. Миша, Андрюха и Леша договорились с егерями – и наши рюкзаки поехали в Солох-Аул в УАЗике, нам же оставалось налегке туда дотопать. Мы ничуть не пожалели о том, что шли пешком – дорога сквозь джунгли, папоротники в человеческий рост, огромное количество водопадов, причудливые скалы над дорогой и цветы, красивейшие цветы, которыми усеяны деревья. Однако, к двадцатому километру чувство прекрасного притупилось, а по самому аулу мы шли настолько целеустремленно, что даже проскочили мимо музея меда. Зато в водопаде все-же искупались, хоть и так было мокро – джунгли есть джунгли, и тропический дождь тоже их атрибут. Даже мои высокогорные ботинки промокли насквозь. Зато на автостанции нас ждали наши рюкзаки, Саша с Темой и пончик. Один. На всех. Туристы какие-то нас опередили и остальные скупили.
А через полчаса были уже в Дагомысе, курортном городке с пальмами. Поселились у Ашота, знакомого Саши. Тут нас ждало еще одно чудо – душ. Раздуплившись и помывшись, мы поломились в ресторан, где неплохо выпили, зажигательно потанцевали, а кое-кто даже поспал…

8 мая.
С утра мы скинули все фотки на диск и растиражировали его. Дальше наши пути разошлись. Мы с Людой поехали в Сочи, купили билеты и побежали искать гривневый обменник, поскольку при попытке рассчитаться гривнами продавцы вели себя неадекватно. Обменника не нашли и с горя пообедали. Расставшись с Людой, я поломился в дендрарий. Решив подождать экскурсовода, я спустился к морю, где, пригретый солнышком и счастливо продрых до вечера.

9 мая.
В Сочи я приехал на электричке – идет она много быстрее маршрутки. Cдав рюкзак в камеру хранения, я пошел на набережную. Погода не радовала – здорово похолодало и начался дождь. В общем, уезжать было совсем не жалко. Последний штрих – покупка чего-нибудь вкусного и истинно кавказского, и назад („Мокрі дерева бігтимуть слідом...”)